World Energy Outlook 2020:
единого сценария будущего не существует

Международное энергетическое агентство (МЭА) опубликовало ежегодный доклад World Energy Outlook 2020 с описанием нескольких сценариев развития мировой энергетики на ближайшие 20 лет.

Базовый сценарий – Stated Policies Scenario (STEPS) — основан на предположении, что пандемия будет взята под контроль в 2021 году и начнется восстановление мировой экономики. Второй сценарий – Delayed Recovery Scenario (DRS) – описывает развитие событий в случае, если реальное восстановление экономики начнется только в 2023 году. Радикальный сценарий — Sustainable Development Scenario (SDS) – подготовлен на случай активного и успешного продвижения к достижению климатических целей Парижского соглашения. Кроме того, предлагается сценарий Net Zero Emissionsby 2050, в соответствии с которым мировая экономика становится углеродно-нейтральной к 2050 году.

Основные топливные тенденции в базовом сценарии МЭА, 2019-2030 гг.

Если ситуацию с эпидемией COVID-19 удастся взять под контроль в 2021 году, то спрос на нефть будет восстановлен в 2023 году. При таком развитии событий нефть подорожает до $71 за баррель к 2025 году, до $76 к 2030 году и до $85 за баррель к 2040 году. Базовый сценарий МЭА предполагает, что в следующие 20 лет цена нефти не опустится ниже $50 за баррель. При этом спрос на нефть стабилизируется на уровне 104 млн баррелей в сутки.

Covid-19 стал катализатором структурного падения мирового спроса на уголь. Но без дополнительных политических мер еще слишком рано говорить о быстром падении спроса на нефть

МЭА ожидает, что рост цен на сырье повлечет за собой увеличение инвестиций в нефтедобычу. Но ситуация изменилась. Раньше значительная часть капиталовложений шла на разработку запасов трудноизвлекаемой нефти. Теперь же, когда льготное кредитование стало недоступным, инвесторам придется пересматривать приоритеты.

Еще одним значимым фактором эксперты МЭА называют изменения в структуре потребления нефти: от топливного сегмента в сторону нефтехимии. Развитие этого тренда потребует обновления перерабатывающих мощностей.

Сценарий DRS предполагает, что мировая экономика восстановится лишь в 2023 году, а спрос на энергию вернется к доковидным показателям в 2025 году. В этом случае цены на нефть к 2025 году выйдут на уровень 59 долларов за баррель, а спрос на нефть в ближайшие 20 лет не превысит 100 млн баррелей в сутки. МЭА считает, что к 2030 году спрос на нефть стабилизируется и далее расти не будет.

Радикальный сценарий SDS еще менее оптимистичен для нефтяников. Предполагается, что успехи в достижении климатических целей повлекут за собой снижение цены на нефть до $53 за баррель к концу рассматриваемого периода, а ценовой «потолок» будет на уровне $57 за баррель, который будет достигнут к 2025 году.

Общим для всех сценариев трендом станет, по оценкам МЭА, усиление роли возобновляемых источников энергии. Даже базовый сценарий ориентирует на то, что ВЭА будут удовлетворять 80% мирового роста спроса на электроэнергию к 2030 году. Опережающими темпами будет развиваться солнечная энергетика.

Сценарий перехода к углеродно-нейтральной мировой экономике предполагает снижение спроса на первичную энергию на 17% за ближайшие 10 лет. Доля ВИЭ в мировом энергетическом балансе к 2030 году вырастет с 27 до 60%.

МЭА отмечает, что эпоха роста мирового спроса на нефть через десять лет подойдет к концу, но при этом скорость восстановления экономики остается ключевым фактором неопределенности. Чем дольше продолжается пандемия, тем сильнее закрепляются некоторые изменения, влияющие на потребление нефти, такие как работа из дома или отказ от авиаперелетов. В отсутствие более значительных изменений в экономической политике еще слишком рано прогнозировать быстрое снижение спроса на нефть.

Рост доходов в странах с формирующимися рынками и в развивающихся странах создает сильный базовый спрос на мобильность, что компенсирует сокращение использования нефти в других странах. Но транспортное топливо больше не является надежным двигателем роста. Использование нефти в качестве топлива для легковых автомобилей достигнет пика по любому сценарию, что будет вызвано ростом эффективности использования топлива и устойчивым ростом продаж электромобилей. Использование нефти для грузовых и морских перевозок на большие расстояния зависит от перспектив мировой экономики и международной торговли.

Повышение спроса на нефть во все большей степени зависит от ее растущего использования в качестве сырья для нефтехимической промышленности. Несмотря на ожидаемый рост объемов рециркуляции пластика, все еще существует много возможностей для роста спроса на пластмассы, особенно в развивающихся странах. Однако, поскольку нефть, используемая для производства пластмасс, не сжигается, все сценарии предполагают достижения пика в объеме общих выбросов CO2, связанных с нефтью.

Вопросы долгосрочной политики в отношении природного газа: что последует за перенасыщением рынка?

Динамика цен на природный газ выглядит лучше, чем на другие ископаемые виды топлива, но различные политические события могут привести к сильным колебаниям. Согласно базовому сценарию, к 2040 году мировой спрос на природный газ вырастет на 30%, в основном за счет стран Южной и Восточной Азии. Приоритеты экономической политики в этих регионах – в частности, стремление улучшить качество воздуха и поддержать рост производства – в сочетании с более низкими ценами будут способствовать расширению газовой инфраструктуры. С другой стороны, базовый сценарий предполагает, что спрос на газ в странах с развитой экономикой несколько снизится к 2040 году.

Единого сценария будущего не существует

Неопределенность относительно восстановления мировой экономики вызывает вопросы о перспективах рекордного количества новых мощностей по экспорту сжиженного природного газа, введенных в действие в 2019 году. По-видимому, в будущем появится большая определенность относительно выбросов метана, что повлияет на степень экологической безопасности различных источников газа.

В странах c углеродоемкой экономикой использование природного газа обеспечивает снижение выбросов по сравнению с углем. Однако это не так важно для стран, планирующих достигнуть нулевых нетто-выбросов и зачастую уже сокративших использование угля. По оценкам МЭА, объемы выбросов метана на каждом из этапов поставки газа, по-прежнему остаются серьёзным фактором неопределённости, хотя более точные данные компаний и сведения, полученные со спутников, вскоре должны улучшить понимание источников утечек по всему энергетическому сектору.

В Европе по базовому сценарию, а в других частях мира по сценарию устойчивого развития, газовой отрасли предстоит переоснащение для осуществления необходимых изменений в будущем. Это может быть достигнуто за счет заметного прогресса в борьбе с выбросами метана с помощью альтернативных газов, таких как биометан и водород, а также за счет таких технологий, как улавливание, утилизация и хранение углерода (CCUS).

Эксперты МЭА отмечают, что снижение цен и спроса в результате пандемии сократили примерно на четверть стоимостные объемы добычи нефти и газа. Многие производители нефти и газа, особенно на Ближнем Востоке и в Африке, такие как Ирак и Нигерия, из-за высокой зависимости от нефтегазовых доходов сталкиваются с острой проблемой наполнения бюджетов. МЭА считает, что сейчас, более чем когда-либо, фундаментальные усилия по диверсификации и реформированию экономики некоторых крупных экспортеров нефти и газа кажутся неизбежными.

Сланцевая добыча нефти и газа в США за последние десять лет удовлетворяла почти 60% прироста мирового спроса на нефть и газ, но этот рост был вызван льготным кредитованием, которое в настоящее время иссякло.

В 2020 году ведущие нефтегазовые компании сократили заявленную стоимость своих активов более чем на 50 млрд долларов, что является заметным показателем сдвига в их представлениях о будущем. Инвестиции в поставки нефти и газа упали на треть по сравнению с 2019 годом, а масштабы и сроки какого-либо увеличения этих вложений неясны. То же самое можно сказать и о способности отрасли своевременно удовлетворить спрос: это может предвещать новые взлеты и падения цени риски для энергетической безопасности. Использование недорогих ресурсов, уменьшение выбросов и диверсификация становятся стратегическими лозунгами многих стран-производителей и нефтегазовых компаний. Снижение добычи на существующих месторождениях создает потребность в новых проектах по разведке и добыче даже при быстром переходе на экологически чистые энергоносители. Однако инвесторы с большим скептицизмом смотрят на нефтегазовые проекты из-за опасений относительно финансовых показателей и совместимости стратегии нефтегазовых компаний с экологическими целями. Некоторые финансовые опасения могут ослабнуть, если цены вырастут и проекты начнут приносить большую прибыль, но вопросы о вкладе отрасли в сокращение выбросов никуда не исчезнут.